«Земля трёхсот вулканов» — экспедиция на Камчатку Описание мест | Ветер Свободы
Поделиться с друзьями:

«Земля трёхсот вулканов» — экспедиция на Камчатку Описание мест

Описание мест

Растительный мир Камчатки необычен. Есть у него две особенности. Причем одна из них бросается в глаза любому, далекому от ботаники человеку. А другая, наоборот, была выявлена только в результате труда нескольких поколений опытных специалистов, после десятилетий их напряженной работы. 

Первое — это гигантизм. Это единственное место в России (да и в мире таких мест немного), где травы вырастают до 2–2,5, а то и 4 м. А именно такой высоты достигают камчатские зонтичные: медвежий корень, борщевик, реброплодник камчатский и другие. Эту особенность камчатской растительности отметил и первый русский ученый, посетивший Камчатку, С. П. Крашенниников: «Травы на всей Камчатке без изъятия столь высоки и сочны, что подобных им трудно сыскать во всей Российской империи. При реках, озерах и в перелесках бывают оные гораздо выше человека и так скоро растут, что на одном месте можно сено ставить по последней мере три раза. Ради чего способнейших мест к содержанию скота сыскать не можно». 

Интересно, что этот камчатский гигантизм «заразен». Он передается некоторым культурным растениям, завезенным на Камчатку. Например, хлебным злакам. Однако новой житницей России Камчатка пока так и не стала. Возможно, когда-нибудь это все же случится. Особенно высокорослые и буйные травяные «джунгли» в долинах Вулканической области, где бьют источники термальных вод, «заряженные» необычайными сочетаниями солей и микроэлементов. 

Другая, скрытая, особенность камчатской флоры заключается в том, что здесь обитает сравнительно немного видов растений, всего чуть более 800. Но зато среди них очень много эндемичных, то есть встречающихся только здесь, на Камчатке. Таких насчитывают более 100. Причем это, как говорят специалисты, «молодой эндемизм». То есть различия между камчатскими формами и «общемировыми» в большинстве случаев незначительны и открываются взгляду только опытного специалиста. А это значит, что появились они недавно. Такова, например, камчатская ива Гультена — близкая родня так называемой козьей ивы, заросли которой — тальник — покрывают поймы многих сибирских рек. То же относится и к пихте грациозной. Она хоть и встречается только на Камчатке, но очень схожа с пихтой сахалинской и пихтой белокорой. А оба этих вида широко распространены на Сахалине и в Приамурье. 

Интересно, что и на самой Камчатке пихта грациозная сохранилась только в одном месте, на берегу Кроноцкого залива, в устье реки Семячик, на площади всего в 8 га! Сейчас это уникальное урочище находится в границах особо охраняемом природной территории — Кроноцкого государственного биосферного заповедника. 

Вообще же в горах Камчатки растительность распределяется по высотным поясам. Нижний пояс лесной. Главное дерево камчатских горных лесов — каменная, она же черная береза, она же береза Эрмана. Внешне это дерево совершенно непохоже на привычную нам березу белоствольную. Это чаще всего невысокое корявое дерево с мелкой жесткой листвой, черной снаружи и светлой изнутри многослойной корой, которая расслаивается сама по себе, так что нередко ее «лохмотья» живописно треплются на ветру вокруг ствола. Такие леса, то сухие, «парковые», то сырые, заболоченные, в основном и занимают склоны камчатских гор от подножия до высот 400–600 м. 

И только в долине реки Камчатки расположен так называемый хвойный остров из лиственничников и ельников. Среди этой тайги встречается и обычная белоствольная береза. Выше хвойного пояса — 200–300 м — склоны покрывают заросли опять-таки каменной березы. 

Затем следует пояс так называемых субальпийских кустарников. Это заросли самого обычного для всей Сибири кедрового стланика и камчатского эндемика — каменной ольхи. Они сплошным плащом укрывают горные склоны, гребни и плато до высот 600–800 м. 

Выше располагаются низкотравные многоцветные альпийские луга, еще выше — горные тундры. 

Еще выше 1200–1500 м — царство голого камня. А уж над грядами гольцов и высокими плато возвышаются отдельные массивы и конические вершины, увенчанные ледяными шапками. 

Да, удивительна, ни на что непохожа наземная флора Камчатского полуострова. Но самую большую ценность, особенно в последние годы, приобрела подводная растительность ее прибрежной зоны. Так называемые бурые водоросли, разновидности морской капусты: ламинария, алария, агаровые — растут на глубинах до 10–15 м и местами устилают морское дно сплошным ковром. А ведь это — ценнейшие продукты питания и лекарственное сырье. 

Но больших глубинах, до 60–65 м, — царство красных водорослей; на участках морского дна вблизи впадения рек — густые заросли зеленых водорослей — морской травы. 

ВУЛКАНЫ КАМЧАТКИ 

Вулканы Камчатки не отличаются кровожадностью: на памяти живущих здесь людей не так много извержений, которые могли бы стать смертоносными. Темный силуэт вулкана в ясном предрассветном небе не несет в себе угрозы — для жителей Камчатки это, обычно, признак хорошей погоды. И все-таки, находясь рядом с вулканами, трудно убедить себя в том, что это не более чем геологические объекты. Тишина рядом с вулканами — особая тишина, наполняющая душу непостижимым сочетанием тревоги и покоя. Все кажется незнакомым и непривычным; ты озираешься кругом, словно чувствуя на себе изучающий взгляд иного мироздания. 

Какой из вулканов Камчатки самый красивый? Хотя в вопросах красоты объективных критериев всегда не хватает, первую тройку лидеров можно назвать. Ключевской, Корякский и Кроноцкий вулканы могли бы претендовать на роль вулканического символа Камчатки. 

Что касается формы конуса вулкана, или, как образно говорили во времена Крашенинникова — «шатра», то многие, не сомневаясь, отдают предпочтение Кроноцкому вулкану. Геометрически правильный, ребристый конус, увенчанный ледниковой шапкой, смотрится в воды крупнейшего озера Камчатки. 

Красотой и величественностью Корякский вулкан не уступает двум своим «собратьям». Вместе с Авачинским вулканом он составляет великолепный ансамбль — неотъемлемую часть панорамы Петропавловска-Камчатского, и многие жители города испытывают по отношению к нему почти родственные чувства. 

Впрочем, каждый из вулканов Камчатки красив по-своему. На полуострове их больше трехсот, и 29 продолжают действовать. 

Вулканы Мутновский и Горелый 

Вулканы Мутновский и Горелый являются основными в Мутновско-Гореловской группе вулканов расположенной в 75 километрах к югу отПетропавловска-Камчатского. Группа состоит из сложного разновозрастного массива вулкана Мутновского с едва ли не самыми мощными на Камчатке и в мире фумарольными полями. 

Мутновский — огромный вулкан со сложной морфологией и длительной историей развития. Современная постройка состоит из четырех слившихся конусов стратовулканов, каждый с собственной кальдерой и дочерними внутрикальдерными постройками. Структура осложняется дополнительными шлаковыми конусами и лавовыми потоками побочных извержений. Все современные кратеры слиты в единую воронку с сильно изломанным ледником, стекающим с южного склона, и множественными фумарольными полями. Также фумаролы и выходы термальных вод имеются на внешних склонах. 

Вулкан Горелый — щитовидный вулкан с пологими склонами, схожий чертами строения с гавайскими и исландскими вулканами. Горелый представляет собой широкий разрушенный хребет длиной около трех километров, состоящий из стенок трех главных кратеров, и многочисленные окружающие конусы побочных прорывов. 

Территориально вулкан входит в состав Южно-Камчатского природного парка, однако никаких разрешений или пермитов на его посещение не требуется. 

Вулкан Острый и Плоский Толбачик 

Вулканы Острый и Плоский Толбачики образуют крупный вулканический массив, занимающий всю юго-западную часть Ключевской группы вулканов. К югу от Толбачинского массива находится мощная трещинная зона шлаковых конусов, которая протянулась примерно на 40 километров от центрального массива. 

В 1975 году в этой зоне началось Большое Трещинное Толбачинское извержение, которое продолжалось около полутора лет. Это было одно из наиболее мощных базальтовых извержений 20-го века. Во время извержения пепло-газовые тучи поднимались на 10–15 километров, а пепловые шлейфы протягивались на тысячи километров. Из жерла постоянно выбрасывались раскаленные шлаки, вулканические бомбы и обломки базальтов.

На северном прорыве образовалось шесть шлаковых конусов высотой до 300 метров, излился пятикилометровый лавовый поток мощностью до 60 метров. На площади 300 квадратных километров вокруг прорыва пепел выпал слоем до 20 метров. 
На южном прорыве за время извержения образовался шлаковый конус высотой 250 метров, а серия лавовых потоков заняла площадь в 40 квадратных километров. Во время прорыва трещин и их извержения в центральном кратере произошел провал, в результате которого образовалась воронка диаметром полтора километра и глубиной 500 метров. 

База Луноходчиков 

«База Луноходчиков» («База Ленинградцев») представляет собой старую лагерную стоянку, на которой проводились испытания луноходов. Именно здесь в 70-е годы проходили испытания первых советских аппаратов «Луноход-1» и «Марсоход-1». 
Название лагеря связано с тем, что в 1975–1976 годах недалеко от этого места произошло Большое Трещинное Толбачинское извержение (Северный и Южный прорывы), и на многие километры вокруг всё было засыпано шлаком и пеплом. На свежем шлаке проводили испытания марсоходов и луноходов, после окончания исследований базу передали институту Вулканологии. 

Летом и ранней осенью здесь останавливаются туристы. В двух часах ходьбы от «Базы» начинается «Мёртвый лес». Жутковато становится в окружении полузасыпанных шлаком, искореженных, засохших стволов деревьев. Но жизнь берёт своё — рядом с погибшим лесом, то тут, то там встречаются лишайники и мох, местами трава и даже кустарники. 

ТЕРМАЛЬНЫЕ ИСТОЧНИКИ КАМЧАТКИ 

Верхне-Паратунские термальные источники 

Верхне-Паратунские термальные источники находятся в долине реки Паратунки, в 2,5 км выше впадения в нее реки Карымшиной и в 16 кмюго-западнее села Паратунка, на левом склоне долины. Источники расположены в небольшом перегибе склона сопки Горячей, разделяющей долины этих рек, на высоте примерно 80 м. 

Горячие ключи, а их больше 16, образуют три параллельно текущих теплых ручья. В 70 м от источников ручья, имеющего довольно крутой уклон, находится теплый водопад. Температура воды в источниках 39–70`С. 

Пущинские горячие ключи 

Расположены они в крайних северо-западных отрогах Ганальского хребта, в долине реки Правый Кашкан и в 16 км от поселка Пущина. Нижняя группа из-за отсутствия выходов на правой стороне ниже уступа была «безводна», но, судя по подземному теплому ручью, отличалась значительно большей мощностью, чем верхняя. Здесь из минеральных отложений образовался даже травертиновый щит, пласт которого можно видеть и сейчас в береговом обрыве. Однако температура воды была значительно ниже, чем на верхней. Но это место окружено крутыми залесенными склонами с падающим невдалеке многоступенчатым водопадом — удобно и красиво. 

ПОСЕЛОК ЭССО 

Село Эссо находится в высокогорном районе, в кальдере древнейшего потухшего вулкана, в месте слияния двух рек. Хвойные леса и высокогорье делают воздух в Эссо живительным, не уступающим по лечебным свойствам воздуху знаменитого алтайского курорта Белакуриха, а некоторые курорты Швейцарии даже превосходит. 
Быстринский музей — единственный этнографический музей в Камчатском крае. Он является своего рода визитной карточкой Быстринского национального района. Расположен в центре села Эссо, на берегу горной незамерзающей реки Уксичан. Здесь можно увидеть уникальные предметы шаманизма, оригинальную атрибутику эвенов. 

АБОРИГЕНЫ КАМЧАТКИ 

Коряки Камчатки 

Коряки — основное население севера Камчатки. Имеют свою автономию — Корякский округ. Название народа, как считали Крашенинников и Стеллер, произошло от «хора» — «олень». Сами же коряки так себя не называют. Жители побережья назывались нымыланами — «обитателями оседлых селений». Кочевники, пасшие в тундре оленей, издавна назвали себя «чавчувенами», т.е. «оленными людьми». У коряков хорошо развиты домашние промыслы — резьба по дереву и кости, плетение, обработка металлов (знаменитые на весь мир пареньские ножи), изготовление национальной одежды и ковров из оленьих шкур и вышивка бисером. Для чавчувенов оленеводство было основным, если не единственным, занятием. Олень давал им все необходимое для жизни: мясо шло в пищу, шкуры — на изготовление одежды (кухлянок, малахаев, торбасов), строительство переносных жилищ (яранг), кости — на изготовление орудий труда и бытовых предметов, жир — на освещение жилья. Олени были для коряков и средством передвижения. Для нымыланов основным типом хозяйства было рыболовно-охотничье. Рыбу ловили в основном в реках, сетями из крапивных волокон (на изготовление одной сети уходило около двух лет, а служили они всего год). Морской зверобойный промысел стоял на втором месте после рыболовства в хозяйстве оседлых коряков. В море выходили на байдарах, обтянутых шкурами, в нерпу, лахтака и, главное, в кита метали гарпун, привязанный к носу судна, а добивали китов копьями с каменными наконечниками. Шкуры морских животных использовали для обтягивания лодок, обшивали ими лыжи, шили из них обувь, мешки и сумки, изготавливали ремни. 

Ительмены Камчатки 

Ительмены — название народа означает «живущие здесь». Южная изначальная граница расселения ительменов — мыс Лопатка, северная — река Тигиль на западном и река Ука на восточном побережье. Древние ительменские селения располагались по рекам Камчатке (Уйкоаль), Еловке (Коочь), Большой, Быстрой, Аваче, по берегам Авачинской бухты. Возглавлял острожек, состоящий из нескольких полуземлянок, в которых жили члены одной семейной общины, тойон. Имена тойонов до сих пор остались на карте Камчатки: Начики, Авача, Налычево, Пиначево. В конце XVII — начале XVIII вв., когда русские землепроходцы появились в срединной части Камчатки, ительмены находились на стадии распада первобытнообщинных отношений. Жизнь ительменов в летнее время проходила раньше у воды и на воде. Передвигались они по рекам на долбленых колодообразных лодках-батах, изготовленных из тополя. Они ловили рыбу сетями, сплетенными из крапивных волокон, били ее острогами, строили ловушки-запоры на реках. Часть рыбы вялили в виде юколы, часть заквашивали в специальных ямах. Отсутствие соли не позволяло заготовлять большие рыбные запасы. Равнозначным занятием у этого народа была охота — на лисиц, соболей, медведей, горных баранов; на побережьях — на морского зверя: сивучей, тюленей, каланов. Ели ительмены много рыбы, предпочитая запеченную (чуприк) и рыбные котлеты (тэльно); использовали в пищу молодые побеги шеломайника, морковника (купыря) и борщевика шерстистого — пучки (пока он не приобрел обжигающие свойства); употребляли в качестве противоцинготного средства кедровые шишки с сушеной икрой лососей, запивая чаем; сдабривали пищу нерпичьим жиром — любимой приправой всех северных народов. У женщин-ительменок был обычай: носить парики. Более всего почиталась та, у которой парик был больше и роскошнее. Эти модницы всегда ходили с непокрытой головой. Девушки же свои тяжелые черные как вороново крыло волосы заплетали во множество мелких косичек и для большего шика покрывали их волосяными накладками, сплетенными в виде шапочек. Может быть, поэтому чукчи и коряки могли называть ительменов камчадалами, потому что в обоих языках «камча» означает «кудрявый», «лохматый», а «левыт», «лявыт» (чукот.) и «лэв’ит», «лав’ыт» (коряк.) — «голова». Своеобразной была и одежда ительменов, сшитая из соболей, лисиц, евражек, снежных баранов, собачьих кож с обилием кисточек из горностая и пушистыми опушками по вороту, капюшону, подолу и рукавам. Стеллер писал: «Самые нарядные кухлянки обшиваются у ворота и рукавов, а также и на подоле, собачьим волосом, а на кафтан навешиваются сотни кистей из тюленьего волоса, окрашенного в красный цвет, которые болтаются из стороны в сторону при каждом движении». Такое одеяние ительменов создавало впечатление пушистости и лохматости. 

Эвены Камчатки 

Эвены в ряду камчатских аборигенов стоят несколько особняком. По происхождению и культуре они схожи с тунгусами. Предки народа, переселившись на Камчатку в XVII в., изменили своему традиционному занятию — охоте и занялись оленеводством. Русские, придя на Камчатку, называли эвенов, кочевавших по Охотскому побережью, ламутами, т.е. «живущими возле моря», а пастухов — орочами, т.е. «оленными людьми». Кроме оленеводства и охоты, береговые эвены занимались рыболовством и морским зверобойным промыслом. Из ремесел самым распространенным у эвенов было кузнечное дело. Жилищем камчатским эвенам служил цилиндрическо-конический чум, по устройству похожий на корякскую ярангу. В зимнее время для сохранения в жилище тепла к чуму пристраивали тунелеобразный вход. В отличие от других народов Камчатки эвены не практиковали широко ездового собаководства. 

Чукчи Камчатки 

Северными соседями коряков были чукчи — «оленные люди» (чаучу), часть их переселилась на Камчатку. Владелец менее чем ста оленей считался бедняком и обычно не мог вести самостоятельное хозяйство. Основным орудием охоты у чукчей были лук и стрелы, копье и гарпун. Наконечники стрел, копий и гарпунов делались из кости и камня. Добывая мелкую водоплавающую птицу и дичь, чукчи использовали бола (приспособления для ловли птиц на лету) и пращу, которая вместе с луком и копьем являлась также и военным оружием. Основным средством передвижения у чукчей служили олени, но, как и коряки и ительмены, они в качестве транспорта использовали собачьи упряжки. Чукчи — отличные мореходы, умело управлявшиеся с байдарами, вмещавшими 20–30 человек. При попутном ветре чукчи, как и коряки-нымыланы,использовали квадратные паруса, сделанные из оленьей замши (ровдуги), а для большей устойчивости на волне прикрепляли к бортам надутые воздухом тюленьи шкуры, снятые "чулком. Известно также, что они торговали с эскимосами, отправлялись к американскому берегу целыми флотилиями. Алеуты — древнее население Алеутских островов, их самоназвание «унанган», т.е. «прибрежные жители». Не позднее 1825 г.Российско-Американской компанией, осваивавшей Русскую Америку, были переселены с Алеутских островов на остров Беринга первые 17 семействалеутов-промышленников для постоянного жительства. Основным традиционным занятием алеутов была охота на морских животных (котики, сивучи, каланы) и рыболовство. На зиму в качестве продукта питания алеуты заготовляли яйца с птичьих базаров. Жилища командорских алеутов представляли собой полуподземные юрты. Среди предметов домашнего обихода были травяные плетеные сумки, корзины, циновки; для хранения жира, юколы, запасов шикши с жиром и т.п. применяли сивучьи пузыри (желудки). На острове Беринга привычным способом передвижения стали нарты с собачьей упряжкой, а на острове Медном для хождения зимой по горам алеуты использовали короткие и широкие лыжи.